Виталий Коробан: Художник живет не благодаря искусству, а ради него

Виталий Коробан не просто художественный редактор издательства "Cartier", он еще и художник, чьи работы нашли признание не только в Молдове, но и в Румынии, России и Польше. Он не ограничивает себя рамками стиля, не любит картины-копии и тесно сотрудничает с творческой музой.:)

Виталий, на сегодняшний день вам, без ложной скромности, есть, чем гордиться. Расскажите о том, с чего началось ваше творчество.

Знаете, художники ведь говорят другим языком – рисунками, картинами, поэтому на языке слов мне намного сложнее выражать свои мысли, но я, конечно, попробую. (улыбается)

Когда-то я окончил художественную школу, которая сейчас носит имя Игоря Виеру, а затем и Академию музыки, театра и изобразительных искусств по классу графики. И, кстати, я был бы круглым отличником, если бы не семерка, полученная по преподаванию. (смеется) Во многом из-за этого я не берусь, как многие другие художники, за обучение живописи молодых дарований. Ведь для того, чтобы стать учителем, необходим особый талант преподавания, вот я и не рискую брать на себя такую огромную, как мне кажется, ответственность.

Чаще всего у студентов художественных факультетов за время учебы вырабатывается определенный стиль. У вас он есть?

Стиль художника формируется в самом процессе работы. Это необязательно что-то определенное, я не устанавливаю никаких рамок. Бывает, что когда начинаю писать картину, я и сам не знаю, что увижу, завершив работу. Это как своеобразная провокация, интрига, которая стимулирует!

Понимаете, мне самому становится интересно, что получится из обыкновенного белого холста после того, как я покрою его мазками масляной краски. Вообще, по-моему, лучше говорить об образе мышления художника, чем о его стиле, ведь в картинах выражаются мысли, чувства, а не простая механика.

Вы ведь периодически рисуете картины по заказу клиентов. Такая работа может приносить удовлетворение?

Я действительно пишу картины на заказ, но, откровенно говоря, мне это попросту неинтересно. Да, безусловно, это неплохой способ зарабатывать деньги, но зачастую бывает сложно отделаться от ощущения, будто ты связан по рукам и ногам. Человек, заказавший картину, получает право диктовать некие условия: "здесь сделайте чуть розовее", "тут немного убавьте"… Думаю, не нужно объяснять насколько отличаются ощущения свободного художника от ощущений художника, пишущего картины на заказ.

Просматривая ваши работы, я обратила внимание, что вы не делаете особого упора ни на живопись, ни на графику. Они интересны вам в равной степени?

Мои работы, которые можно увидеть на выставках, чаще всего графика, а не живопись. Не могу сказать, что отдаю предпочтение чему-то одному: если бы у меня было чуть больше времени, с удовольствием занимался бы, скажем, скульптурами. Кстати, работы, сделанные в графике, в особенности черно-белые, намного сложнее живописи. В таких рисунках используется иная техника, требующая от художника больших усилий.

И все же, неужели вам не хотелось остановить свой выбор на чем-то определенном? Выбрать либо черно-белые рисунки, либо изобилующие цветом картины.

А меня, например, настораживает, когда художник начинает писать однотипные картины. Да, можно выбрать свое направление или же стиль, но это ведь не значит, что все картины должны напоминать друг друга. От такого художника нечего ожидать, он становится предсказуем. Вот открывается, допустим, выставка его работ, а публике они уже не интересны, люди заранее знают, что он рисует. Я всегда в поиске чего-то лучшего, для меня нет предела совершенству.

Создавая новое полотно, вы думаете о том, какие эмоции оно может вызвать?

Представьте, что заходите в галерею и, окинув взглядом выставленные картины, вдруг останавливаете взгляд на одной из них. Почему так происходит? Именно потому, что от нее исходит какая-то энергия, импульс, который человек воспринимает на подсознательном уровне. Полотно, остановившее взгляд посетителя, непременно вызывает у него некие эмоции и не столь важно, какими они будут. Главное, что возникает своеобразный контакт. Я не люблю, когда меня спрашивают что-то вроде: "Что Вы хотели сказать этой картиной?" По-моему, художник, пытающийся анализировать свое творчество, попросту занимается не своим делом.

Есть ли у вас картина, которую вы могли бы выделить среди всех остальных, которая вам наиболее дорога?

Недаром ведь говорят, что картины для художника – как собственные дети, среди которых не может быть любимчиков: нельзя любить одного ребенка больше, чем другого. (смеется) Абсолютно все картины, какими бы они ни были, дороги мне хотя бы потому, что без них я бы не достиг сегодняшнего уровня, ну, или же достиг бы намного позже. Каждое полотно – небольшой шажок вперед, и рано или поздно эти шаги все равно нужно было сделать.

Как же вы отдаете картины в чужие руки, если они имеют для вас такое огромное значение?

Как только художник завершает работу над полотном и ставит свою подпись, картина обретает собственную жизнь. Ее могут продавать, покупать, выставлять в галереях. И, поверьте, мне действительно интересно со стороны наблюдать за тем, что происходит с моими работами. Иногда, придя на выставку, могу увидеть что-то очень знакомое, и тут же с радостью осознаю, что это моя картина! Если продолжить аналогию с детьми, то проданное полотно – это уже повзрослевший ребенок, путешествующий самостоятельно. (смеется)

Виталий, ваша должность художественного редактора требует ежедневной работы. А разве можно заставить творческую музу приходить по расписанию?

Муза очень капризна и обидчива, она требует особого, бережного отношения. Давайте представим себе такую ситуацию: художник в один из дней вдруг не чувствует вдохновения и, решив дождаться посещения музы, отдыхает или, что еще хуже, пьянствует. И когда муза, наконец, решает прийти к нему, что же она видит? Пьяного художника, который и не думает ничего творить. Я почему-то уверен, что повторного визита эта капризная дама не совершит. Поэтому нужно постоянно работать, и тогда вдохновения не придется  ждать подолгу - оно попросту не будет тебя покидать. 

Знаете, мне кажется, что вы действительно счастливы и ваша работа на самом деле доставляет вам удовольствие. И поэтому вдвойне странно слышать от кого-то, что художники в большинстве своем несчастные люди.

Картины – это проекция художника, это способ его самовыражения, кроме которого не существует ничего более. Если мне была дана именно такая дорога в жизни, значит, я должен пройти ее до конца, какой бы сложной она ни оказалась. Все эти стенания вроде: "Меня не понимают!", "Меня не ценят!" не делают из человека художника. То же касается и жалоб на отсутствие условий для работы: когда перестают рисовать, оправдываясь тем, что нужно зарабатывать на жизнь. Можно быть чернорабочим на стройке и при этом писать великолепные картины, которые необязательно продавать - потому что они для души, для собственного удовольствия. Не обязательно жить благодаря искусству, можно жить ради него.

Оля Каширцева