Никифор Свиристухин: В Молдове я чувствую себя свободным

Так сложилось, что при слове "художник" воображение моментально рисует нам некий классический образ - человек в беретке, стоящий у мольберта и совершающий над ним таинственные взмахи кистью. И тем интереснее знакомиться с современными художниками, разрушающими такие стереотипы.

Никифор, у вас довольно необычные, запоминающиеся работы. В каком стиле они выполнены?

Знаете, это вопрос скорее к критикам, а не ко мне. Я примерно представляю себе направление, но четким его вряд ли можно назвать. В принципе, не думаю, что это так важно для меня. (смеется) В моих картинах есть кое-какие характерные элементы: например, я люблю изображать кошек. Хотя они больше похожи на людей, по-моему. А в целом, могу рисовать все, что угодно, меня интересуют многое, поэтому на чем-то определенном не зацикливаюсь.

Обычно стиль помогает выработать учитель. У вас он был или вы самоучка?

Мой отец был художником, поэтому, наверное, будет глупо говорить о каком-то постороннем учителе или дополнительном образовании. (смеется) Помню, как в мастерской отца собирались художники, обсуждали что-то, рисовали, делились идеями. Все мое детство прошло в такой вот необычной творческой атмосфере. Какое-то время мне даже казалось, что все люди именно так и живут, и лишь потом, окунувшись в обыденную жизнь, я осознал, насколько велика разница между этими двумя "реальностями".

Людям, занимающимся творчеством, – артистам, художникам, музыкантам - наверное, сложно жить в современном мире?

Важно учитывать, что большая часть творческих людей обладает довольно слабой психикой, поэтому им действительно приходится сложно. Они очень восприимчивы, ярко выражают собственные эмоции. Но если уж человек выбрал для себя такой образ жизни, значит, придется мириться с окружающей действительностью, хочет он того или нет. А вообще, о ком можно было бы сказать, что ему легко? Бизнесмены, владеющие миллионными состояниями, и те бросаются с крыш, и, думаю, не оттого, что им невыносимо легко.

Скажите, почему многие художники стремятся создать вокруг себя какую-то необычную атмосферу? Вот ваша студия, какая она?

В этом нет абсолютно ничего необычного, на мой взгляд. Эти люди просто так живут, им так удобно и комфортно. Еще, как вариант, многие банально не могут себе позволить ничего лучше, поэтому обустраивают те помещения, которые доступны на том или ином этапе. И у меня когда-то была студия, оставлявшая желать лучшего, но это не стало для меня проблемой номер один. За все время я сменил довольно много рабочих помещений – от шикарных до абсолютно непрезентабельных. Мне по большому счету абсолютно все равно в какой обстановке работать, главное условие – чтобы мне не мешали.

У вас с собой ноутбук. Пробуете себя в компьютерной графике?

Нет, компьютер для меня лишь способ контактировать с людьми, пересылать какую-то информацию, показывать свои картины или же просто лазить по Интернету. Компьютерная графика не для меня, это уж точно. Кто-то наверняка без ума от рисунков, созданных на компьютере, а мне это просто не интересно. Мне интересно то, что можно потрогать руками, то, что несет в себе какой-то смысл, заряд. Когда чувствуешь, что художник при помощи картины пытается что-то донести до тебя, изображение воспринимается совершенно иначе.

Художники расходятся во мнении, так ли необходимо вкладывать в картины некий посыл, который способен воспринять зритель, или же лучше рисовать в свое удовольствие.

Художник должен рисовать в первую очередь для себя, но это не исключает признание его картин публикой. Это может быть и не всеобщее признание, а просто понимание твоего творчества несколькими людьми. Пусть даже это будет один человек, но он обязательно должен быть у каждого художника. Мне, например, очень нравится, когда мои картины пользуются успехом, когда они кому-то понятны, поэтому полагаю, что и другие мастера не остаются равнодушными к реакции зрителей.

У вас есть ученики? Ясно, что вы не преподаете, но, возможно, у вас иногда просят совета?

Проблема в том, что я очень боюсь испортить чей-то талант. Начинающего художника очень легко сбить, помешать ему, пусть даже ненароком. Да, многие мои знакомые не боятся брать на себя такую ответственность, но я все же не решаюсь. Живопись – это образ моего мышления, и я не могу кому-либо его передать, заставив думать так же, как я. А каким-то общим вещам прекрасно обучают в художественных школах и училищах.

Как вы считаете, за последние годы отношение людей к живописи как-то изменилось? Стала она, наконец, привлекать их внимание?

В последние годы интерес к живописи заметно возрос, однако в свете последних событий в экономике, все опять сходит к нулю. Люди заняты выживанием, им не интересна живопись, по крайней мере, сейчас. И это нормально, ведь для того, чтобы интересоваться живописью, нужна некая стабильность или даже богатство. Все-таки приобретение картин – это удовольствие не для бедных. Поэтому на сегодняшний день покупателями картин становятся в основном иностранцы. К сожалению, даже те, кто регулярно интересовался всеми моими новинками, сейчас, видимо, заняты более важными делами.

Если есть те, кто так пристально следит за вашим творчеством, значит, вы востребованы, вас можно назвать успешным.

Можно даже сказать, что таких людей много, и, что было для меня довольно неожиданно, они есть и заграницей. Я принимал участие во многих зарубежных выставках, причем довольно успешно. Отзывы о моем творчестве были самые лестные, и до сих пор некоторые картины находят своих новых хозяев в других странах. За время моего участия в выставках поступали самые выгодные предложения, вплоть до того, что в Америке мне оставляли ключи от квартиры и машины, лишь бы я остался там хотя бы на пару месяцев. Что говорить, если мне даже визу открыли сразу на десять лет! Но двух недель в Штатах хватило с лихвой, потом мне захотелось обратно в Молдову.

Не пойму, раз уж там все было настолько хорошо, и для вас открывались такие широкие перспективы, что заставило вас вернуться?

Эту ситуацию можно рассматривать с разных сторон. С одной - меня прекрасно приняли, создали все условия для того, чтобы я чувствовал себя комфортно. С другой - в Америке далеко не все художники могут позволить себе рисовать то, что им хочется. Когда формируется спрос на какую-то определенную картину, художник начинает, согласно контракту, писать похожие друг на друга полотна просто потому, что они интересны в качестве товара. А в Молдове я свободен, могу слушать только самого себя и свои желания, пусть зачастую это совсем нелегко.

Оля Каширцева

AllMoldova